×

Реальный случай на самодивской поляне

           
Comments Off on Реальный случай на самодивской поляне

Реальный случай на самодивской поляне

В этой истории есть всё, что я больше всего люблю. И научное объяснение магии, не отрицающее её существование, и юмор, и демонстрация, почему вам обязательно нужно завести собаку.


Это реальный случай, которым поделился геофизик Костадин Димов:

Шёл 1983 год. Середина нашего трёхлетнего распределения на работу в Родопи. База размещалась в Асеновграде, но обычно за исключением зимы мы все были разбросаны по объектам в горах от Ивайловграда до Батака. Явно был день перед или после какого-то национального праздника, потому что вся группа собралась в палаточном лагере. Неожиданно нас всех позвал на ужин один из геологов – Христо. Это был приятный человек, не очень высокий, но коренастый, с густой бородой. Он побывал на нескольких сибирских и уральских объектах. Недавно женился после своего возвращения, и у него появился прекрасный малыш.

На объекты он выезжал один в сопровождении немецкой овчарки. Животное было в зрелом возрасте, крупное и хорошо обученное. Каждый бы хотел иметь такого верного друга, способного поддержать в любый полевых условиях.

Приглашение в гости было слегка необычно, без видимого повода. Нетипичное для его скромного и закрытого характера. При этом он казался таким бледным и серьёзным, особенно для человека, который месяц провёл в горах. И был так категоричен, что никто не смог отказаться. Его жена накрыла богатый стол. Когда мы подняли бокалы с ракией для тоста, наступило неловкое молчание. Мы все смотрели на хозяина, в ожидании того, что он объявит повод, по которому мы собрались. После долгой паузы, он кратко сказал “ваше здоровье”, сделав акцент на втором слове, и снова замолчал. Это было настолько неуместно в той богемной компании, что никто даже не отпил. Я пытался припомнить, не слышал ли о какой-то недавней болезни или плохой новости в этом семействе. Но младенец с улыбкой до ушей, лежащий в люльке, рассеивал наши сомнения.

– Ждём рассказа! – прогремел бай Йовчо, огромный седовласый старик, бывший рудокоп и некто, вроде неофициального голоса нашей компании.

– Да.. я не люблю болтать – промолвил Христо. – Вы же знаете.

– Знаем, но сегодня этого не избежать! Расскажи всё от А до Я. Мы коллеги или луковые головы? Проще всего было бы напиться, но чаша нам не будет сладка, если не знаем, по какому поводу! Тем более видим, какой ты пришибленный… Не годится. Выкладывай!

В молчании прошла ещё минута, во время которой Христо явно собирался с мыслями, и после медленно начал рассказ:

– Неделю назад я уехал изучать окрестности села Росен. По плану через два года туда должен был отправиться геофизический отряд для подробных исследований. Наш грузовик высадил меня на повороте к Кырджали с одним рюкзаком и собакой. Я пошёл пешком, и через пару часов, когда уже виднелось село, пересёк реку. С восточной стороны, как на ладони был прекрасный геологический разрез. А между ним и водой – идеальная полянка, чтобы разбить лагерь. Туда я и направился. Дошёл до небольшого ручейка, бегущего из минерального источника в скалах, скинул рюкзак и поставил палатку. Когда разложил багаж, решил дойти до села, порасспрашивать местных жителей и перекусить в корчме. Через час, уже затемно я был у них. Мне рассказывали и показывали, какие остатки старых рудников они замечали и где. Всё было нормально до момента, пока меня не спросили, где я остановился на ночёвку. Как только я показал на карте выбранное место ночлега, самый старых пастух подскочил, как ужаленный.

– Молодой человек, доедай скорей свой кебаб и беги переставляй палатку в другое место. Никто не будет спать на Самодивской поляне, если ему мила жизнь.

В первый момент я чуть не кинулся исполнять наказ. Даже мой отец не выговаривал мне так строго. Однако посмотрев на испуганные глаза остальных за столом, я понял, что это не его выдумка или заученная сценка перед гостями села. Ужас и сочувствие были написаны на их лицах. В воздухе повисло напряжение, как перед грозой. Как будто я был хулиган, решивший украсть икону… Чтобы выиграть немного времени и разрядить обстановку, я сказал первое, что пришло мне в голову:

– Почему? Что там такого?

– Что такого? Кто ж тебе скажет… Живым никто оттуда не возвращался… Так говорят в селе! – старик почти заикался. – Да что бы там ни было, этого не пишут в толстых книгах, за которые ты выбрасывал деньги своего отца, пока… учил, эти твои, науки.

Чтобы хоть спокойно доесть, я брякнул что-то типа:

– Ладно, раз говорите – перебазируюсь. В трёхстах метрах от реки видел хороший родник и несколько деревьев около него. Даже сначала хотел устроиться там. Но когда увидел ту оголённую стену, в которой все земные пласты, как на картинке, остался на Самодивской. А по ним работы, как минимум, на два дня замеров и описаний.
– Так-то лучше. Днём работай, – сказал пастух поспокойнее. – И мы засветло пасём там овец. Но не даём им там заснуть, даже если падают. Иначе вернёмся без половины стада. Обещай мне, что переместишься, сынок, в этот вечер. Не заставляй меня по такой темноте идти проверять.
– Перемещусь. Сказал же! – ответил я почти убеждённо. У меня не было намерения спорить с этими суеверными стариками в первую встречу. Было ещё много вопросов, которые надо было им задавать в следующие дни. Потом, пока допивал пиво и доедал ужин, порасспрашивал их ещё об этом месте, но осторожно, не напрямую. Они много говорили, но никакой осмысленной информации дать не могли. С их слов следовало только, кто бы не заснул на той поляне, “…самодивы дарили ему улыбку и забирали душу”. В конце концов, я оплатил свой заказ и встал. Провожали меня сто раз, взяв слово уйти с поляны.
Ночь была волшебная, ясная, тихая. Я быстро спускался по тропинке. Собаку оставил охранять багаж. Когда приблизился к полянке, она меня встретила счастливо махая хвостом. Пёс явно чувствовал себя хозяином поляны, прогнав всю живность в округе. Посмотрел я на уложенный багаж, палатку с расстеленным спальником. После выпитого я сладко зевал. Припомнил сказки стариков из корчмы и застегнул молнию на спальном мешке до самой бороды. Отметил, что собака легла перед палаткой, и моментально уснул.
Через какое-то время поляна вдруг осветилась. Почти полная луна показалась над горным хребтом. От одной вербы возле реки до меня начала доноситься таинственная музыка. Я заслушался. Мелодия становилась всё более плотной и богатой. Похожая на ту, которую я слышал от Поющих скал во время сильного ветра около пика Триглав. Постепенно под висящими ветками стало различимо бесплотное видение. Несколько девушек в полупрозрачных рубашках, как будто танцевали медленный танец, напоминающий мекедонское хоро. Плавно в движении они вышли на поляну и приблизились к палатке.
– Ха-ха-ха, – прогремел смех бая Йовчо, – это тебе не ночь на Солнечном берегу или на пляже в Приморско, Христо! И что привиделось?
– Ваше здоровье, коллеги, – уже более спокойно и вдохновлённо сказал геолог. Слушайте дальше и молчите! Вы меня прервали. Так… Самодив было десять, они были одеты в длинные одежды из материала, как… вон те тюлевые шторы. Только иссиня белые. Волосы у них были до пояса, чёрные, блестящие на луне и вьющиеся, как волны. А лица их были белые, как… волосы бая Йовчо.
Спустя некоторое время хоровод начал виться около палатки. И я заметил, что самое интересное в их облике – глаза. Такого я ещё никогда не видел. То они блестели фиолетово-голубым, то становились ярко-оранжевыми, как жар под буйным огнём. Все смотрели на меня и что-то говорили, но без звука. Как рыбы. Когда танец закончился и единственная светловолосая начала медленно ко мне приближаться. Это длилось целую вечность. Она протянула ко мне руку и сказала:
– Пойдём со мной, путник?
– Куда?
– В наше царство источников. Здесь, под землёй. Ты же всегда хотел увидеть земную твердь изнутри, правда же? Я давно знаю, что ты об этом мечтаешь.
Я встал и последовал за ней. Мы шли по самому ручью, а потом, будто по лестнице, как в бассейне, вошли в источник. Да, казалось, не было ни скал, ни воды. Я мог нормально дышать продвигаясь всё глубже. Видел блестящие пласты около меня, как в стереокино на площади Славейков.
Внезапно что-то дёрнуло меня назад – легко, но властно. Так тебя тянет на поверхность, когда ты нырнёшь на дно. Делаешь шаг вперёд, но всплываешь. Это был звук. Даже, скорее, протяжный вой. Очень громкий, у самого моего уха.
В этот момент я проснулся. Видел через щель палатки, что луна осветила долину. Собака была внутри и сидела возле меня. Я буквально ощутил, как её трясёт. Пёс скулил очень необычно. Мы долгие годы были вместе, я знаю, как он воет и на волка, и на медведя, и на цыгана. Да все его звуки мне знакомы. Но такого я никогда не слышал. И я понял, о чём он, по тому, как сжималось от этого звука сердце. Это был вой смерти.
И тогда я осознал, что не дышу. Попробовал вдохнуть воздух, но ничего не получилось. Пошевелить головой и руками – тоже ничего. Я был полностью парализован. Собака, видимо, заметила, что обычное дыхание спящего человека изменилось, поэтому влезла в палатку проверить. Я почувствовал себя совершенно беспомощным, как голова профессора Доуэля. Всё вижу, чувствую, думаю, но у меня нет тела. Не дай Бог вам испытать такого! Это была жёсткая хватка. И пока мой истерзанный мозг метался в поисках выхода, я почувствовал, что становится всё темнее, как при солнечном затмении. Явно я начинал терять сознание. Как будто-то где-то в другой реальности собака билась возле меня.
Внезапно маленькая искорка блеснула на пальцах моей правой руки. Я почувствовал там и влажное тепло. Это выглядело так, будто животное было готово умереть облизывая мою руку, чтобы перелить в неё свою жизненную силу. В один миг, как будто рухнул камень, преграждающий туннель к моему мозгу. Волевым усилием я начал сгибать пальцы. Не могу вам передать, какое счастье меня охватило. Я был жив! Собака продолжила выше по руке. Когда тепло достигло плеча, моя грудь сама поднялась и наполнилась самым сладким воздухом, который я когда-либо вдыхал. Сердце ударило один раз и замерло. Спустя целую вечность ударило ещё раз, и постепенно ускорило свой ритм. Приятное тепло разлилось по моему телу и начало щипать конечности, как после того, как отсидишь какую-то часть тела.
Я всё ещё ничего не видел, но ощущал своё тело. Пёс быстро обошёл меня с другой стороны, я чувствовал, как его хвост радостно барабанил по мне. Когда я смог двигать и другой своей рукой, моё дыхание нормализовалось. Сладкие звуки наполнили мои уши, а перед глазами начали проявляться чёткие образы. Где-то через десять минут у меня получилось сесть. Изо всех своих возрождённых сил я стиснул в объятиях трепещущий шерстяной комок. Сердце собаки, казалось, вот-вот выпрыгнет – не знаю, от счастья или от потрясения. Всё это время она видела, как я умираю.
– Всё ясно. Момент! – сказал бай Йовчо повелительно и встал. Таким серьёзным я его никогда не видел. Взял котлету из своей тарелки и пошёл к выходу. Открыв дверь во двор он заговорил в темноту:
– Ты – разумнее и чутче, чем чем эти балбесы. Твержу им, что есть вещи, которые они не понимают… и никогда не поймут! Ешь, дружище. Сегодня банкет в твою честь. А вы чего там замерли? Давайте и ваше угощение сюда. Завтра ведь и вы разбредётесь по местам, на которых неизвестно что вас ждёт.
– Итак…– продолжил старик, снова сев за стол. – Христо, хочу, чтобы с этого момента каждый год в этот день ты устраивал праздник. И дай Боже, долгие годы будешь собирать нас здесь. Или буду звать тебя Хасан, как раньше при турках. И не посмотрю, что месяц прошёл, как всех хасановцев переименовали, наконец, в Христовцев. Слышишь? Ясно тебе? – повторил бай Йовчо свой риторический вопрос, хотя это и было излишне. Все мы были убеждены, что ритуал сохранится.
– Ну теперь рассказывай, что стало потом?
– Потом… Как только я пришёл в себя, быстро собрал вещи – так быстро, как не собирал даже в армии по тревоге. Потом до рассвета просидел у родника. В обед угостил в корчме стариков, не рассказывая им, что случилось. Мне было стыдно. Так что вы – первые, кто это слышат. А сейчас – ваше здоровье, и давайте радоваться, пока это возможно!
– И какое объяснение? Ты исследовал потом? – спросил кто-то от имени нас всех.
– Да. На следующий день взял пробы воды, скал и почвы. Позвонил в управление, чтобы их забрали на анализ. Сегодня, когда вернулся на базу, проехал через лабораторию. Обнаружили наличие флуорацетатов в воде. Они парализуют дыхание. Из гидротермальной воды проникают в почву и стелятся над землёй. Если лечь внизу, особенно если нет ветра, через двадцать минут – ты готов. На других местах встречались и галлюциногенные, и наркотические газы. А палатка была – просто, как газовая камера. Такие дела, коллеги. Если слышите легенды о каких-то местах, знайте, местные не просто так их выдумывают. Слава о них накапливается тысячелетиями.

Фото из нашего похода в дикие Родопи в июне 2019 года.